Рядом с легендой

Рыбинцы в одном отряде с Зоей Космодемьянской

В год 85-летия со дня рождения Зои Космодемьянской в Тамбове, на ее Родине, был проведен «круглый стол», во время которого профессор Тамбовского госуниверситета Владимир Дьячков заявил следующее: «Можно говорить, что Зоя – святая по всем признакам. Почему наша Православная Церковь не причислит к лику святых эту девушку?»…

Член комиссии по канонизации протоиерей Георгий Митрофанов ответил на этот упрек: «Мученической Церковь признает смерть христианина за его веру. Гибель Зои Космодемьянской, которая была активной комсомолкой и сталинисткой, не может рассматриваться как смерть за веру… Деятельность диверсионной группы, в которую входила Зоя Космодемьянская, – это вообще вопрос, требующий особого разговора. Можно только вкратце сказать, что от этой деятельности страдали не столько немцы, сколько гражданское население».

Поэт и драматург Юрий Арабов дал свою оценку этой инициативе: «То, что у нашей интеллигенции, или тех, кто себя к ней причисляет, сбит нравственный ориентир – состоявшийся факт. На каждом шагу черное выдается за белое, низ объявляется верхом. Эти люди просто не понимают, что Церковь – не то же самое, что власть, и подвиг в церковном понимании – что-то совсем другое, чем подвиг, объявленный таковым властью. Подвижничества не бывает без веры, а в случае Зои имела место в лучшем случае вера в Сталина. Стоит ли удивляться, слыша призывы канонизировать и его – человека, по вине которого погибли Зоя и миллионы других молодых людей».

Каковы же все-таки были результаты рейдов отряда Крайнова по вражеским тылам. Как пишет в своей книге Евгений Савинов, «…до сего времени в литературе о Зое Космодемьянской нет единого мнения о ее партизан-ской работе в тылу врага. Не осталось свидетелей и очевидцев Зоиной вылазки в деревню Петрищево, и поэтому события толкуются по-разному. Предлагаю читателю ранее неизвестный архивный документ от 1 декабря 1941 года, в котором приводится свидетельство самого Крайнова: «…со мной остались Космодемьянская и Клубков. Я решил с двумя товарищами поджигать объекты. Дошли до Петрищево и зажгли четыре дома, на место сбора Клубков и Космодемьянская не явились, ждал до утра. После решил идти до части. В районе дет. коммуны Мякишево перешел линию фронта. 29 ноября 1941 г.».

По данным кандидата исторических наук М.Горинова, еще при наборе группы Бориса Крайнова в здании ЦК ВЛКСМ с каждым будущим подрывником беседовали секретарь МГК комсомола А.Н.Шелепин и руководители разведывательно-диверсионной войсковой части №9903:

«Родине нужны бесстрашные патриоты, способные перенести самые тяжелые испытания, готовые на самопожертвование. Хорошо, что все вы согласились пойти в немецкий тыл сражаться с врагом. Но может случиться, что 95% из вас погибнут. От фашистов не будет никакой пощады: они зверски расправляются с партизанами. Если кто-то из вас не готов к таким испытаниям, скажите прямо. Никто вас не осудит. Свое желание биться с врагом реализуете на фронте».

Но брали не всех. У кого-то были нелады со здоровьем (требовалось предъявить медицинскую справку), кто-то слишком нервничал при разговоре, и возникали сомнения, как он поведет себя, если попадет в плен. Поначалу отказали и Зое, выглядевшей слишком юной и хрупкой. Но она оказалась настойчивой, и ее зачислили в отряд.

В Великой Отечественной войне советское руководство применило так называемую скифскую тактику — при отступлении ничего не оставлять врагу, создавать на оккупированных территориях невыносимые условия для противника (именно так действовали древние скифы против вторгшихся на их земли войск персидского царя Дария). В директиве №П509 партийным и советским организациям прифронтовых областей от 29 июня 1941 г. Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) требовали:

«При вынужденном отходе частей Красной Армии угонять подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы. Все ценное имущество, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться… В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия».

17 ноября появился суровый приказ Ставки Верховного главного командования №0428, конкретизировавший «скифскую» тактику применительно к ситуации осени 1941 г. В нем ставилась задача лишить «германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом».

С этой целью приказывалось «разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40-60 км в глубину от переднего края и на 20-30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами… При вынужденном отходе наших частей… уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать».

Горинов объясняет подобные меры цинизмом и жестокостью наступавшего врага и ссылается на слова крупного нацистского чиновника Э.Ветцеля, написанные в начале войны: «Речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве …Дело заключается… в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить их… Важно, чтобы на русской территории население в своем большинстве состояло из людей примитивного полуевропейского типа».

«Мы должны сознательно проводить политику на сокращение населения. Средствами пропаганды мы должны постоянно внушать населению мысль о том, что вредно иметь много детей… Следует пропагандировать также добровольную стерилизацию, не допускать борьбы за снижение смертности младенцев… Следует сократить до минимума подготовку русских (детских) врачей… не оказывать никакой поддержки детским садам… Не должно чиниться никаких препятствий разводам. Не следует допускать каких-либо налоговых привилегий для многодетных, не оказывать им денежной помощи…».

Но у простых людей, живших в деревнях, захваченных немцами и привязанных к своим семьям, своему нехитрому хозяйству, была своя логика выживания, самосохранения.

Во время войны, в связи с событиями в деревне Петрищеве, были осуждены и расстреляны, кроме указанного Василия Клубкова, коренные жители Петрещева: Семен Свиридов, Солынина, Смирнова и другие погорельцы. Вина Семена Свиридова заключалась в следующем…

Окончание следует…

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 479



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


восемь × = 48

Описание картинки