О БЕДНОМ КРЕСТЬЯНИНЕ ЗАМОЛВИТЕ СЛОВО

…Поздняя осень 2007 года. Самый разгар кампании по выборам депутатов Госдумы России. Возле новой фермы в деревне Поповское многолюдно. Окрестности сотрясает бравурная музыка. Директор областного департамента АПК Михаил Боровицкий энергично говорит о том, что новоселье для буренок – это «яркий пример реализации приоритетного национального проекта развития агропромышленного комплекса страны», поздравляет коллектив СПК «Рыбинский» с новой трудовой победой. Затем по традиции перерезается алая ленточка и, облачившись в халаты и шапочки, все присутствующие устремляются внутрь комплекса, чтобы наглядно ознакомиться с самыми передовыми технологиями молочного животноводства.

Особую торжественность этому мероприятию придают флаги «Единой России». Весьма кстати пришелся и осенний морозец…

Все это вспомнилось, когда вместе с нынешним председателем СПК «Рыбинский» Николаем Мищенко, взявшим хозяйство вместе с огромными кредитами и трехмесячной задолженностью по заработной плате в конце апреля нынешнего года, приехали на комплекс в Поповское. И явно не случайно всплыл в памяти тот осенний морозец. Тогда он вымостил на поверхности земли прочную корочку, ходить по которой можно было, как по асфальту.

Нынешний сентябрь благоприятствует крестьянам. Тепло, дождит редко. Но подрулить на легковушке к самому комплексу мы все же не рискнули. Колесные трактора и тяжелые молоковозы основательно размесили подъездные пути к воротам, которые пару лет назад «украшала» символическая ленточка.

-Никак руки не доходят, точнее – денег нет, чтобы привести в порядок территорию, — замечает Николай Сергеевич. – Да и сам комплекс изначально спроектирован неразумно, задом наперед. Молоко поступает на задворки, а навоз удаляется к «парадному подъезду». Вот и приходится молоковозам колесить по колдобинам вокруг всей фермы. Благо, осень сухая, но ведь скоро дожди нагрянут. Придется, как и в весеннюю распутицу, цеплять молоковозы к тракторам и таскать их к танку, где охлаждается молоко. А потом, таким же тягловым способом, выползать обратно до асфальта.

Несколько лет назад многие хозяйства средней полосы России, поддались соблазну заменить наших родных «ярославок» на чистокровных иностранок. Поверили аргументам высокопоставленных чиновников от сельского хозяйства, которые настойчиво вбивали идею, что только голштинская корова по своей рекордной продуктивности способна совершить настоящую революцию в молочном животноводстве. Причем, убеждали крестьян не только громкими словами, но и экономическими расчетами. Дескать, берите кредиты, а государство вам поможет: возьмет на себя две трети ставки рефинансирования. Клюнул на такую сладкую наживку и СПК «Рыбинский». Очертя голову, прыгнул в долговую яму. И, дабы не ударить в навоз лицом перед европейскими красавицами, в авральном темпе начал монтировать корпус нового комплекса беспривязного типа.

Там и «прописали» 120 голштинок. Не ради украшения, а для порядка, на шею каждой повесили электронный паспорт в виде чипа, в котором закодировано не только «ФИО» буренки, но и динамика надоев.

-Сегодня в живых осталось 89 голштинок, — говорит Николай Мищенко. – Остальные погибли. Эти коровы вообще специфичны. Во-первых, в них на генетическом уровне заложены особые, обусловленные европейским климатом и стандартами, требования как к содержанию, так и к рациону кормления. А во-вторых, период продуктивности голштинок значительно короче, нежели у наших землячек. Испокон веков крестьяне исчисляют возраст коровы не годами, а количеством отелов. «Ярославка» при хорошем уходе способна принести за свою активную жизнь до десятка телят и в течение этого «трудового стажа» сохранять стабильный уровень удоев. А голштинка эксплуатируется по принципу жесткого немецкого рационализма: два-три отела – и на колбасу. При этом в нее вкладывают по максимуму: условия содержания, корма. Соответственно, и получают не менее 12-14 литров молока в день. СПК «Рыбинский» не смог создать для иностранок привычный для них комфорт. В результате разницы в надоях между «ярославками» и «голштинками» практически нет.

-Тогда, может, и не стоило участвовать в эксперименте? – спрашиваю Мищенко.

-Тут нельзя судить однозначно. Те хозяйства, в том числе и в нашем Рыбинском районе, к примеру – «Арефинское», которые подготовились по-крестьянски основательно, выиграли. И надои там действительно возросли.

-Недавно в нашей газете была публикация «Сколько платят буренке за литр молока?», в которой представитель районной администрации рассказала о том, как складывается общая ситуация по производству, ценообразованию и реализации молока. А у вас как?

-В июле продали 145,5 тонны молока, заработали около 1,5 миллиона рублей. Затраты же составили 1,8 миллиона. Получили почти 300 тысяч рублей убытков, или минус 2 рубля в каждом литре.

-Как-то не по-хозяйски получается…

-Суть в том, что на селе далеко не всегда применимы чисто рыночные критерии оценки. Слишком много факторов взаимосвязано. Казалось бы, чего проще: пустить стадо под нож, продать мясо, что-то на этом заработать, благополучно проесть выручку или за кредиты рассчитаться, а потом забраться на печку и радоваться, что отныне и впредь убытков от молока не будет. Но вспомните историю. Даже в самые голодные двадцатые годы прошлого столетия русский мужик сам не доедал, но берег свою коровушку.

Да, сегодня молоко для нас убыточно. Но ведь были, причем совсем недавно – где-то пару лет назад, и более благоприятные времена. И я как руководитель хозяйства прогнозирую, что ситуация в молочном производстве обязательно изменится к лучшему. Значит мы обязаны сохранить молочное стадо.

-И как сводите концы с концами?

-Мы, образно говоря, не кладем яйца в одну корзину. СПК «Рыбинский» — это не только молоко, но и мясо, и поле. Вот по свинине начинаем постепенно выруливать на неплохие позиции. Когда принял хозяйство, поголовье составляло порядка 2400 хрюшек при плановом уровне около 5000. Затраты были, естественно, огромны. В-первую очередь начали решать «демографическую проблему» – увеличивать население свинокомплекса. Во-вторых, стали вкладывать средства в дорогие, но более качественные корма. Ведь известно, что свинка – это как копилка: сколько вложишь, столько и получишь. И вот результат: поросята ежесуточно прибавляют в среднем 726 граммов. Так что приближаемся уже к европейскому уровню продуктивности и рентабельности. Там в лучших хозяйствах привес составляет около 800 граммов. И затраты, несмотря на то, что не скупимся на корма, начали снижаться. Если раньше в килограмм привеса вкладывали 7,5 килограмма корма, то теперь – около 4,5 килограмма. При этом на высококалорийном кормлении свинья достигает товарной кондиции уже через 6-7 месяцев, а не через год, как это было прежде.

-А как дела на полях?

-Очень надеемся, что картофель, выращенный на 15 гектарах, поможет улучшить экономику хозяйства. В целом урожай неплохой. Но доходы подсчитывать пока рано. Все будет зависеть от того, как в нынешнем сезоне сложатся цены на городском рынке. А пока предстоит «борьба за урожай»: катастрофически не хватает рабочих рук. Пришлось даже составить специальный график, по которому все конторские работники выйдут в поле на уборку «второго хлеба».

Мне непонятно: все время говорим о безработице, а люди как не шли, так и не идут в сельское хозяйство. Постоянно подаем заявки в городской центр занятости населения, приглашаем механизаторов, доярок, рабочих в животноводство. Очень нужен санитарный врач. Но пока все безрезультатно…

-Николай Сергеевич, чисто крестьянский вопрос. Перезимуете?

-Прокормим буренок и поросят. Заложили 4700 тонн сочного силоса, более тысячи тонн зерносенажа, еще 530 тонн сенажа упаковали в целлофан, под навесом – больше трехсот тонн сена. Убрали в закрома ячмень, рожь и овес, осталось дожать 70 гектаров пшеницы. Так что перезимуем.

Николай Мищенко – выпускник Академии имени Тимирязева. Недавно он был на встрече с однокашниками, и один из них, работающий в Подмосковье, с болью сказал: «В окрестностях столицы сельское хозяйство погибло. На прилавках продовольственных магазинов, в лучшем случае, привозные продукты. Их крайне мало. А львиную долю составляют «молочные продукты», изготовленные из привозного порошка, которыми, как говорят, под завязку забиты все склады. Птицеводческие предприятия еще остались. Однако их деятельность все более переходит из производственной в посредническую плоскость. Предприимчивые коммивояжеры курсируют по соседним областям, скупают там яйцо, перемаркировывают и сдают в торговую сеть».

Как-то на глаза попалась таблица, в которой составлен рейтинг стран, занимающихся сельским хозяйством. Там в качестве критерия принимается сумма государственных вложений в гектар пашни. Россия в этом списке занимает одно из последних мест.

Два года назад селян убеждали, что развитие агропромышленного комплекса – это один из приоритетных национальных проектов. Сегодня власть оправдывается, что реализовать намеченное помешал кризис. Крестьянам же остается одно, ломать голову над тем, как выжить…

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 825



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


семь − 4 =

Описание картинки