Домой История АЛУПКИНСКИЙ ДВОРЕЦ, КНЯЗЬ ВОРОНЦОВ И ХУДОЖНИК БЕЛОНОГОВ

АЛУПКИНСКИЙ ДВОРЕЦ, КНЯЗЬ ВОРОНЦОВ И ХУДОЖНИК БЕЛОНОГОВ

0

Несмотря на начавшийся ремонт, Рыбинский музей-заповедник продолжает серию выставок одного предмета под названием «Музейные редкости». Очередным героем стала уникальная акварель нашего почти что земляка – жителя Романова-Борисоглебска (нынешнего Тутаева) Ивана Михайловича Белоногова.

{image0} Его судьба – яркий образец жизни талант-ливого провинциального самородка, проявившего себя в самых разных областях творчества. Наскоро обученный основам чтения и письма, он с семилетнего возраста служил в лавке и всему остальному в жизни научился сам. Успешную, но скучноватую торговлю сменило занятие слесарным мастерством, украшение оружия золотой и серебряной насечкой, изготовление штампов и печатей, ювелирное мастерство. Но и спокойная жизнь преуспевающего ювелира тоже не устроила неутомимого умельца. От изготовления украшений из серебра, золота и бриллиантов по собственным эскизам молодой мастер перешел к изобразительному искусству. Он «начал чертить планы и фасады, сделался страстным охотником рисованья и сниманья видов с натуры красками и акварелью». В этих занятиях, никому неизвестных и безденежных, протекло не менее 10 лет. Художник быстро совершенствовался, изображая родной Романов, а также Ярославль…
В 1839 году в Петербурге за блестяще выполненный «Альбом Ярославских древностей» Белоногов получил императорскую награду – золотые часы. Наступила пора широкой (во всяком случае, в масштабах губернии) известности, счастливо совпавшей с творческим расцветом мастера. Сколько было в эти годы написано им картин и какие именно – точно сказать трудно, так как записей у него не велось… По всей вероятности, их было несколько сотен. Заказывали и покупали его рисунки высшие в губернии лица, а более всего купечество разных городов. Кто заказывал целые альбомы, кто – один или два вида.
Сейчас работы Белоногова, самое большое собрание которых – тот самый «Альбом Ярославских древностей» — хранится в Библиотеке Конгресса США – огромная редкость. Большинство из них изображают города Ярославской губернии. К примеру, Рыбинск мас-тер рисовал, как минимум, трижды.
Однако на листе, ставшем героем выставки в нашем музее, изображена… далекая крымская Алупка, где был построен знаменитый дворец генерал-губернатора Новороссийского края графа М.С.Воронцова. Дворец возвели по проекту английского архитектора Эдуарда Блора в новаторском для того времени стиле эклектики, где формы старинного английского зодчества (Воронцов был завзятым англоманом) сочетались с восточными элементами (все-таки дворец строился в татарском Крыму). Акварель Белоногова – одно из первых изображений прекрасного здания. Правда, даты на акварели нет, но нет на ней и террасы с фигурами львов, появившейся в 1848 году. Вместо нее художник видит вытоптанный луг, по которому гуляют обитатели дворца.
Белоногов, как и во всех своих работах, с тщательностью ювелира и восхищением первооткрывателя мира прорисовывает архитектурные детали здания: арки, галереи, башенки, чей затейливый силуэт вторит очертаниям расположенных на дальнем плане гор.
Как же уникальная акварель оказалась в нашем музее? Это случилось не так уж давно, в начале 1990-х годов. Меня познакомили с Евгенией Гремяцкой – внучкой интересного писателя и коллекционера Евгения Опочинина. До революции он владел небольшой усадьбой под Рыбинском и кое-что из собранного им оказалось в нашем музее. В московской квартире Евгении Гремяцкой я видел то, что осталось от его собрания.
Потомки писателя, как это часто бывает, постепенно избавлялись от него: распродали и раздарили большую часть картин, мебели, антикварной посуды. Особенно это относилось к самой хозяйке – пожилой женщине, у которой не оставалось близких родственников и которая была очень рада нашему приезду. Среди уцелевших редкостей была и акварель Белоногова. Через несколько лет, после кончины Евгении Михайловны, новый владелец квартиры обнаружил нашу с ней переписку и попросил забрать нужные музею вещи – в квартире устраивался евроремонт.
Правда, для того, чтобы лист обрел первоначальный облик, музейному реставратору Елене Скворцовой пришлось приложить немало усилий, устраняя многолетние загрязнения и возвращая белизну пожелтевшей от света бумаге. Теперь лист бережно хранится в музее, лишь иногда, как сейчас, на несколько месяцев представая перед зрителями.
Любопытно, что в коллекции Рыбинского музея оказалось несколько гравюр, на обороте которых стоит штамп… собрания князей Воронцовых в Алупкинском дворце. Когда-то они были переданы из Государственного Русского музея в Петербурге, а туда попали, вероятно, из самого дворца в 1920-х или 1930-х годах. Среди них прекрасный гравированный портрет самого строителя и владельца дворца, князя Михаила Степановича Воронцова. Сейчас его тоже можно видеть на выставке.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.