ВСЕМИРНО НЕИЗВЕСТНЫЙ ДОМ

Дом номер 17 на улице Крестовой с полным правом можно вносить в мировую историю фотографии и изобразительного искусства…

{image0} В 1900 году фотографии снежинок, инея и изморози, изготовленные в доме номер 17 на улице Крестовой, получили медаль Всемирной выставки в Париже. Изготовил фотоснимки рыбинский фотограф Андрей Андреевич Сигсон. 
А.А. Сигсон родился в Варшаве в 1840 году. В четырнадцать лет поступил работать «мальчиком» в магазин готового платья. Но увлекся дагерротипами – первым способом фотографического изображения и перешел работать помощником фотографа в одну из дагерротипных мастерских столицы Польши.
В семнадцать лет А.А. Сигсон приехал на жительство в город Рыбинск, где стал помощником фотографа в ателье С. Зимулина. После кончины хозяина ателье перешло в собственность А.А. Сигсона.
В начале 1870-х годов А.А. Сигсон увлекся микрофотографией, выбрав объектом съемок снежинки. И сразу столкнулся с большими трудностями. Помещенные на стекло микроскопа белоснежные красавицы мгновенно превращались в капельки воды. Тогда фотограф стал ловить снежинки на специально сплетенную сеточку из шелковых ниток-«паутинок». На такой сетке снежинки выдерживали несколько кадров.
Но были и другие трудности. Потребовалось более десяти лет для их устранения. Наконец в 1892 году девятый номер журнала Физико-химического общества при императорском Петербургском университете сообщил о полном успехе фотографа из Рыбинска.
В 1898 году на заседании физико-математического отделения Академии наук директор главной физической обсерватории, академик М.А. Рыкачев сказал:
— Таких совершенных изображений до господина Сигсона, насколько мне известно, не получалось ни у нас, ни за границей.
А.А. Сигсон скончался в Рыбинске в 1907 году. Похоронен на протестантском кладбище. Его искусство микрофотографирования никто не мог превзойти еще многие десятилетия после кончины мастера. Один из ведущих геофизиков СССР, профессор Б.П. Вейнберг писал в 1934 году в рыбинской городской газете «Верхне-Волжская правда»:
— Главная физическая лаборатория сделала недавно ценное приобретение – коллекцию негативов снимков снежинок, инея и узоров на окнах, сделанных в 90-х годах прошлого столетия рыбинским фотографом А.А. Сигсоном.
Снимки эти (многие из которых имелись в лаборатории лишь в виде позитивных отпечатков) не превзойдены по своей художественности до сих пор никакими другими снимками. Особенно впечатлительны в этом отношении микрофотографии снежинок, снятые по методу «заблудших лучей» — тех освещающих снежинку лучей, которые миновали бы отверстие объектива фотоаппарата, не будь на пути их снежинок.
{image2} В 1919 году в доме номер 17 открылась студия изобразительного искусства Пролеткульта – организации, призванной нести в массы новую, пролетарскую культуру. Руководителем студии назначили выпускника Строгановского художественного училища Михаила Михайловича Щеглова. Студия ИЗО Пролеткульта положила начало массовому развитию изобразительного искусства в Рыбинске. 
Хотя нельзя утверждать, что до 1919 года художников в Рыбинске не было. Так, в марте 1915 года в городе открылась выставка рыбинских художников и любителей искусства. Средства от продажи билетов на выставку направлялись на нужды действующей армии.
Многие ученики студии ИЗО Пролеткульта стали профессиональными художниками. Григорий Базурин работал художником-декоратором в Большом театре. Лев Писаревский стал скульптором, создал, в частности, «Бурлака» в Рыбинске. Константин Шатов работал главным художником музея-панорамы «Бородинская битва».  {image1}
Душой студии был ее руководитель М. Щеглов. Еще один ученик студии, будущий народный художник СССР, Герой Социалистического труда, член творческого содружества Кукрыниксы Н.А. Соколов вспоминал:
— Чем только не заинтересовывал, на что только не направлял своих студийцев художник М.М. Щеглов. С нетерпением мы ждали каждый вечер встречи с любимым, изобретательным, остроумным учителем – «Михал Михалычем». Неожиданные задания по живописи, рисунку, композиции, театральные оформления, плакаты – все интересно.
Под конец своей жизни М.М. Щеглов написал книгу воспоминаний «Наброски по памяти»:
— Небольшой волжский город. В мастерскую вошел матрос типа треневского Шванди, с двумя револьверами, с гранатами на поясе, веселый, озорной, «уполне сознательный». «Это ты художник?- спросил — «Да» -«Так вот, во Дворце труда надо повесить портрет Карла Маркса, вождя мирового пролетариата, да чтоб как можно большой, да чтоб к завтраму был готов. Так вот, приду завтра, посмотрю». – «На завтра не могу», -отвечаю. – «Так вот все вы, сволочи, интеллигенция, не хотите на советскую власть работать, саботаж строите, контра! Так вот…» и взгляд на револьвер.
Заказ выполнили в лучшем виде и в срок. Заказчик расплатился продуктами. Этот вовсе не комичный случай навел М.М. Щеглова на мысль создать плакатный цех. Назвали цех «Афреклоб» (афиши, реклама, объявления). Разместился цех также в доме номер 17. В выполнении заказов участвовали и ученики студии. Работа оплачивалась и существенно помогала студийцам материально в то нелегкое время.
Студия ИЗО состояла из двух групп. В первой группе учились дети. Во второй группе занимались взрослые люди. Среди взрослых был человек пятидесяти лет по прозвищу «Мти-Мти». Он заикался и к каждому слову добавлял «мти-мти». Способностей не имел, но рисовать любил страстно.
В 1919 году в Рыбинск приехал А.В. Луначарский. К приезду наркома просвещения студия открыла в доме номер 17 выставку своих работ. Вновь обратимся к воспоминаниям М.М. Щеглова:
— Ну вот, приехал Анатолий Васильевич, прочитал в зале лекцию о мировой свободе всех направлений в искусстве, стал с работой студийцев знакомиться. Пришел в ИЗО. Показываем выставку, даем объяснения. Нарком посмотрел все внимательно, ругать никого не стал, только хвалил, на большом панно «Рабочий с газетой» остановился, сказал: «Интересно», — и работы Мти-Мти начал рассматривать: нашел в них ценный примитивизм, непосредственность, посоветовал учиться дальше. Мти-Мти совсем загордился, ремесло свое портновское окончательно забросил, перед студийцами заважничал, в Москву засобирался. Да жена не пустила, заголосила: «Да што-о-о, в Москве без тебя примитивистов-то не хватит, што-ли, идол!». Мти-Мти долго с досадой на жену жаловался, поколачивать опять стал, выпивать стал.
В 1923 году М.М. Щеглов уехал из Рыбинска, попрощавшись с городом персональной выставкой.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 706



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


6 − пять =

Описание картинки