УЗНИЦА ВОЛИ

Вот уже скоро год, как в палатах сестринского ухода в третьей рыбинской горбольнице проживает старая женщина. Сложный перелом ноги, с которым она попала сюда, давно вылечили. И по всем правилам Лидию Ивановну Карпович должны выписать и отправить домой по месту прописки. Однако идти 90-летней старушке некуда… 

Детский лагерь

 

Многое пережила на своем веку Лидия Ивановна. Ее детство прошло в Рыбинске. Отец делал успешную карьеру в горкоме партии. Все изменилось перед войной, когда в сентябре 1939 Красная Армия вошла в Польшу. Среди прочих устанавливать советскую власть на присоединенных территориях послали и Лидиного отца. Обосновался он в Волковыске Гродненской области у самой новой границы СССР. Спустя год вызвал к себе жену с детьми. У Лиды было два младших брата. Но семейная идиллия длилась недолго. В мае 1941 от туберкулеза умерла мать. 22 июня началась война. Спустя пять дней немцы заняли Волковыск. К счастью, у отца в Западной Белоруссии были родственники. Какое-то время семья пряталась там. Но родные жили небогато. Маленький клочок земли не мог прокормить всех. И вскоре 19-летняя Лида как самая старшая из детей вынуждена была податься на заработки в соседний Новогрудок. Легальных документов у нее не было. И там в сентябре 1942 она попала в облаву. Потом были концлагеря. Сначала —

в Польше, потом — в Германии. Последним был лагерь Беблинген недалеко от Штутгарта в Юго-Западной Германии. Освобожден он был союзниками 5 апреля 1945 года. Затем Лидия прошла долгие проверки в лагере для перемещенных лиц. Спустя несколько месяцев, когда пришли бумаги из Волковыска и Рыбинска, Карпович отпустили на родину. Вскоре она встретилась с отцом и братьями. Самое страшное закончилось, но последствия войны семья ощущала еще много лет. К лицам, находившимся во время войны на оккупированных территориях, сотрудники госбезопасности наведывались ежемесячно. Из-за того же штампа были проблемы с работой и у отца. Получив профессию бухгалтера, в 1956 году Лида уехала в Крым. Работала по специальности сначала в Ялте, где получила квартиру, потом — после выхода на пенсию — в соседней Массандре. Не исключено, что жила и здравствовала бы там и сейчас, однако женщину тянуло на родину. Ностальгию по родным местам умело подогревала и племянница, проживающая в Рыбинске. В итоге около восьми лет назад бабушка согласилась на переезд. Квартиру в Ялте продала за 15 тысяч долларов. Добавила к этой сумме шесть тысяч долларов личных сбережений и отправила эти деньги в Рыбинск к единственному родному ей человеку. Как оказалось, это решение оказалось серьезнейшей ошибкой…

 

Переломный момент

 

Квартиру племянница бабушке купила. Вернее, сказала, что купила. Документов, подтверждающих право собственности, женщина в глаза не видела, но отметка о прописке ее успокоила, и старушка поверила, что жилищная проблема решена. Квартирный вопрос встал, когда Лидия Карпович упала. Упала сильно, сломав шейку бедра, и в мае прошлого года попала в городскую больницу №3.

О том, что случилось дальше, Лидия Ивановна написала в двух заявлениях. Одно из них уже отправлено в общественную приемную Президента России. Другое в ближайшие дни будет передано в Следственный комитет. В этих заявлениях бабушка просит провести правовую проверку действий ее родственницы. А также помочь ей вновь обрести собственную крышу над головой. 

«Накануне Нового года я захотела вернуться в свою квартиру и позвонила племяннице, чтобы она вернула мне ключи. Она ответила, что квартира не моя, что я там проживала только из жалости, что моя мебель выброшена и никаких моих вещей там нет, и что я вообще БОМЖ», — пишет в своем заявлении пожилая женщина.

Примечательно, что вернуться в квартиру бабушка захотела в декабре. В этом месяце она должна была справить свое девяностолетие. Увы, отметить юбилей удалось лишь в больнице в окружении двух соседок по палате. По имеющимся данным, женщина обращалась в полицию с просьбой провести проверку и дать ей возможность вернуться домой, однако о результатах обращения Лидии Карпович ничего не известно. С ее слов получается картина вполне себе в духе времени. Так как никаких официальных документов у старушки нет, есть все основания предполагать, что за свою 

21 тысячу долларов она получила лишь право на проживание в квартире, но не квартиру. Племянница проявила выдержку и долгих 8 лет «жалела» родственницу, милостиво разрешая ей пребывать в четырех стенах, купленных на ее же деньги. Более того, Лидия Ивановна говорит, что написала на племянницу доверенность на право получения пенсии, из которой лишь часть идет на оплату ее содержания в больнице. Куда идут остатки повышенной пенсии 90-летней узницы концлагеря, самой узнице неизвестно. По неподтвержденной информации, ее бывшая квартира сейчас сдается, и возвращения хозяйки никто не ждет.  Есть ли у бабушки законные основания для этого – один вопрос. Хорошо ли спится племяннице  —

второй. Неужели за этот год пребывания женщины в больнице не нашлось ни одного человека вокруг, способного на большее, чем простое сочувствие, — третий.

Мы навестили Лидию Ивановну. Несмотря на весьма преклонный возраст, она сохранила ясный ум. Шейка бедра срослась. Лидия Ивановна уже ходит, лишь изредка используя для опоры трость. Но пойти из больницы ей некуда…

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 487



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


семь + 3 =

Описание картинки