Мелочи городских пейзажей

Наш взгляд редко поднимается выше уровня глаз. Мы смотрим на тротуар под ногами, дорогу под колесами автомобиля, на нижний ряд окон дома, мимо которого проходим. Все, что выше, мы видим, только когда хотим рассмотреть детали. Или полюбоваться пейзажем. А для этого нужно время, которого всегда не хватает.

С мечтой о вольнице

 

Барельеф, которым украшена центральная башня рыбинских шлюзов, описывают в основном путешественники, те, кто в праздном любопытстве рассматривают эти монументальное сооружение изнутри, во время шлюзования корабля. Те же, кто едет мимо на автобусах и автомобилях (ходить по шлюзам как-то не принято), не замечают изображение Стеньки Разина со товарищи. А между тем это — единственное лепное украшение всего гидротехнического комплекса, построенного накануне войны, весной 1941 года.

Почему на барельефе изображен именно легендарный атаман? Не звезды-серпы-молоты, не профили вождей — что было бы вполне логично для того времени. Никакой исторической параллели найти невозможно — Разин, конечно, ходил по Волге в 60-х годах 17 века, и хазарскую княжну топил в волжской воде, и кровью залил реку, не щадя ни врагов, ни друзей. Но все это — гораздо ниже Рыбинска по течению Волги. И уж если делать памятники атаману, то где-нибудь в районе Ульяновска, где Стенька Разин проиграл свою последнюю битву за вольную волю.

Попробуем и нашему барельефу найти объяснение. Советская власть накануне войны очень нуждалась в собственной идеологии и в собственных «святых мучениках» за народное счастье. Среди таковых оказался и Стенька Разин. Собственно, к этому времени образ народного защитника уже был сложен, и в народной памяти уже стерлись кровь и жестокость, сопровождавшия вольницу атамана-бунтаря. Вот как описывает его историк 19-го века Николай Костомаров, опираясь на свидетельства современников: «…своенравный и непостоянный, и вместе с тем неуклонный в принятом намерении, то мрачный и суровый, то разгульный до бешенства, то преданный пьянству и кутежу, то способный с нечеловеческим терпением переносить всякие лишения… Жестокий и кровожадный, он забавлялся как чужими, так и своими собственными страданиями… Сострадание, честь, великодушие — были ему незнакомы. Это был выродок неудачного склада общества; местью и ненавистью к этому обществу было проникнуто все его существо».

Местью и ненавистью было проникнуто и строительство рыбинских шлюзов. О недостижимой свободе мечтали узники Волголага, с нечеловеческим терпением перенося лишения и возводя под жесткой охраной могучее волжское сооружение. Но трудно представить, что струг Стеньки Разина появился на стене шлюза по воле заключенных. Хотя это — самый очевидный вариант. Наверное, у рыбинского барельефа был автор, художник, чей эскиз утверждали партийные деятели. И так совпало: вечная мечта русского человека о свободе и образ атамана-вольнодумца, одобренный советской идеологией, мирно объединились и очень уместно разместились на центральной башне шлюзов в Рыбинске. Мечта о вольнице на Руси всегда была связана с людскими муками и реками крови.

shyzy

 Шашка рыбинского генерала

 

Есть в Рыбинске памятник, с которым связано местное поверье: тот, кто однажды сможет вынуть из ножен шашку генерала Харитонова, обретет вечную удачу. Жаль разочаровывать, но увидеть клинок легендарного военачальника вряд ли кто-нибудь сможет, так как генеральская шашка на памятнике отлита из бронзы, так сказать, монолитно, и внутри ножен просто-напросто нет сверкающей стали. Впрочем, даже без этого поверья имя нашего земляка Федора Михайловича Харитонова, генерал-лейтенанта, одним из первых награжденных орденом Кутузова 1 степени и прожившего всего 44 года, овеяно легендами. Его воинский путь был непрост: он взмывал на вершину побед, падал в пучину поражений…

Родился Харитонов в 1899 года в селе Васильевское на левом берегу Волги в Рыбинске. Закончив Карякинское училище, работал на предприятиях города, занимался общественной деятельностью. В рыбинском музее до сих пор хранится стенгазета «Ёжик», нарисованная будущим командармом.

Ратный путь Харитонова начался на фронтах гражданской войны в чапаевской дивизии. В 1931 году, окончив военные курсы «Выстрел», он командовал стрелковым полком, затем был назначен начальником штаба стрелковой дивизии, корпуса. Дальше — должность Рыбинского военкома, учеба в Академии Генерального штаба. В июне 1940 года — звание генерал-майора.

Великую отечественную войну Харитонов встретил командиром воздушно-десантного корпуса, в сентябре 1941 года возглавил 9-ю армию.

Дальше — все, что может испытать на войне человек, ответственный не только за свою жизнь, но за судьбу десятков тысяч солдат. Генерал атаковал кавалерией немецкие танки под Таганрогом, прорывался из окружения под Мелитополем, участвовал в наступлении под Ростовом-на-Дону, где впервые была разгромлена немецкая танковая группа.

Весною 1942 года армия Харитонова оказалась под главным стратегическим ударом немцев. Поражение на харьковском направлении чуть не стоило генералу не только карьеры, но и жизни — его отстранили от командования и отдали под суд. Но судьба хранила нашего земляка: обвинений в предательстве он избежал, и в июне 1942 года возглавил 6-ю армию Воронежского фронта. Армия Харитонова держала оборону на Среднем Дону в 1942 году и там же перешла в наступление в 1943 году. Плечи командарма украсили погоны генерал-лейтенанта, а грудь — орден Красной Звезды и орден Кутузова I степени.

Жизнь полководца оборвалась внезапно: он умер от тяжелой болезни в Москве 28 мая 1943 года и похоронен на Новодевичьем кладбище.

Именем генерала Харитонова было названо Ярославское пехотное училище, его судьбе посвящена повесть Марка Колосова «Товарищ генерал» и одноименный фильм, вышедший на экраны в 1979 году.

А в Рыбинске 10 июля 1949 года был открыт памятник генерал-лейтенанту, герою войны, полководцу Федору Харитонову.

Авторы памятника — скульптор Матвей Манизер и архитектор Иосиф Лангбард. Манизер известен как автор посмертной маски Сталина, больших монументальных работ для Московского метрополитена. Лангбард — один из самых известных и авторитетных архитекторов довоенного Ленинграда. Их памятник нашему земляку, писали газеты в 1949-ом, «создал как бы идеальный образ  храброго, мужественного полководца, руководящего боем».

А шашка на памятнике… Шашка или, что более правильно — сабля генеральского образца 1940-го года. Клинок ее, если кто-то из рыбинцев смог бы достать его из ножен, был хромированный, с одним широким и двумя узкими долами. На верхней втулке рукояти — выпуклое изображение пятиконечной звезды и гравированное изображение венка с лентой.

Шашка, изображенная на памятнике, была принята для генералов кавалерии, пехоты и артиллерии в 1940-ом году взамен шашки образца 1927-го года, и оставалась принадлежностью строевой парадной формы генералов до конца 1990-х.

Отлитая из бронзы, шашка Федора Харитонова потемнела от времени. И, может быть, следующим местным поверьем станет приносящие удачу рукоять или темляк шашки. Давайте прикоснемся к бронзовой поверхности шашки, потрем ее до золотистого блеска — и частичка удачи генерала, счастливо избежавшего обвинений, победно участвовавшего в наступлениях, обласканного воинской славой и удостоенного больших наград, перейдет к нашим современникам.

 Рыбинские тайны Минаша

vokzal

Мы манипулируем понятиями и подбираем слова, когда находим нужную мысль. Это рутинная работа рассудка. А до того? Как вообще созревает мысль? Подсознание нашёптывает рассудку идеи. Мы называем это архетипами или интуицией. Что подсказывает вам ваша интуиция, когда вы видите эти украшения парапетов на крыше железнодорожного вокзала? Чьи это знаки? Что они символизируют?

Рыцарский щит пешего воина, грубо скрепленный в середине железными полосами и пробитый железными гвоздями? Прямоугольный тарч, лишенный геральдической символики?  И что значат ветви неопознанного дерева, небрежно заправленные под металлические листы?

Интуиция скромно помалкивает. Если это геральдический символ, зачем он приспособлен на крышном парапете здания вокзала? Если сакральный знак — какое отношение имеет он к сугубо светскому объекту?

Можно попробовать поискать корни явления в личности архитектора. Сима Исаакович Минаш — российский гражданский инженер, спроектировавший здание вокзала, имел достаточно редкую национальность. Он был по происхождению караимом. Этнические караимы считают себя частью еврейского народа. Но в иудаисткой символике нет аналогов рыбинским «ветвистым» щитам. Хотя их контур совпадает с древним караимским гербом, а двойные листья на ветке отдаленно напоминают еще один символ караимов — двурогое раздвоенное копье —сэнэк-тамга. На этом совпадения заканчиваются.

Еще один очевидный вариант —это поиск аналогий с железнодорожной символикой. Но ничего похожего на знаки и гербы этого ведомства даже не просматривается. Единственное, что с натяжкой можно предположить — это две линии на щите, как две железнодорожные рельсы. В официальной истории все такие совпадения — или фальшивка, или случайность, которую мы игнорируем. Но если история требует, чтобы Америку открыл Колумб, а факты этого не подтверждают, тем хуже для фактов.

Так и с нашими щитами: факты говорят, что ни тевтонский, ни мальтийский, ни любой другой рыцарский орден к Рыбинску не имел никакого отношения. Караимская символика просматривается достаточно условно. Предполагать, что щиты с ветвями установлены на крышных парапетах исключительно в качестве украшений, без единой задней мысли, слишком скучно. Значит, пусть архетипом нашего щита будет все-таки железнодорожная тематика: рельсы, идущие вдоль лиственных деревьев. А все остальные совпадения будут случайностями, которые мы игнорируем.

 

Юлия Муратова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 1 505



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


восемь × 1 =

Описание картинки