Уроки химии

17 декабря во время судебного заседания по делу Евгения Сдвижкова, обвиняемого в вымогательстве взятки и превышении служебных полномочий, давал показания эксперт Сергей Константинов. Именно он провел исследование красящего вещества, которым были помечены деньги.

Для начала обвиняемый заострил внимание на образовании Константинова. Почему-то он был уверен, что у заместителя начальника отдела экспертиз и исследований УВД Ярославской области образование техническое. Но образование оказалось химико-технологическим, хоть эксперт и закончил ярославский политех.

Но Сдвижков не закрыл эту тему.

— Допустимо ли проведение экспертизы неаттестованным сотрудником? – обратился он к специалисту Воронкову, которого сторона защиты привлекла в качестве эксперта.

Суд снял вопрос, но обвиняемый задал следующий:

— Какие методики применялись при проведении экспертизы?

— Вы еще не спросили, о какой экспертизе идет речь, — напомнил председательствующий Крекин.

Речь шла об исследовании кусочка ваты, которым сделали смыв с ребра ладони Сдвижкова. Эксперт обнаружил на вате красящее вещество, светящееся под ультрафиолетовой лампой, и установил аналогичное вещество на деньгах, резинках, бумаге и в конверте, где оно было представлено в качестве образца.

По словам Константинова, для проведения экспертизы метящих веществ приказом МВД рекомендуется использовать две системы. Обе предполагают следующий процесс. Красящее вещество растворяют в специальном составе, потом жидкость выпаривают и заливают осадок другим составом, после чего полученный раствор помещают на специальную пластину и облучают ультрафиолетом. Одна система от другой отличается составами растворов.

Эксперт защиты Юрий Воронков настаивал в суде на том, что для создания объективной картины исследование должно проводиться в обеих системах, но Константинов пояснил: на повторную экспертизу у него не хватило исследуемого материала. Он пытался соскрести остатки вещества, но его было недостаточно для исследования.

Между двумя специалистами даже разгорелся спор. Константинов доказывал, что две экспертизы обязательны при достаточном количестве исследуемого вещества, Воронков – что в таком случае он должен был воспользоваться другими, более чувствительными методами.

— Я пользовался методами, описанными в приказе МВД, — сказал милицейский эксперт.

Сдвижкова заинтересовало, в какой емкости он делал экстракт и чем брал его.

— На специальном часовом стекле, брал капилляром, — сказал Константинов.

Эксперт защиты пояснил, что капилляр — это полая внутри стеклянная трубка.

Разобравшись с экспертизой, перешли к вате. Сдвижков спросил, может ли вата иметь самостоятельное свечение, возможно, он имел в виду, что красящее вещество было на вате, а не на его руке. Константинов пояснил, что отбеленная — может. В частности, исследуемый им кусок ваты имел отдельные люминисцентные фрагменты, но они не могли повлиять на результат анализа.

На экспертизу прислали образец красящего порошка. На конверте было написано «люминор». Обвиняемому очень важно было узнать, на самом деле в конверте был «Люминор-540Т» или какой-то другой порошок.

— Какое вещество было направлено в качестве образца? — спросил он.

— Порошкообразное, — ответил Константинов.

— «Люминор-540Т»?

— Я не определял, какое это вещество, а сравнивал их по идентичности. Согласно экспертной практике данные вещества представляют смесь, до нашего сведения не доводят ее состав.

— На деньгах и на резинках вещество одинаковое с образцами? Являлись ли они частью единого объема?

— Методика не ставит такой задачи.

— Имеют ли они одинаковый качественный состав?

Вместо Константинова взял слово эксперт Воронков:

— Он строго придерживался методики, которая имеет ограниченное применение и для определения общности веществ не подходит. В составе порошка могут быть вещества, которые он не выявил, поэтому говорить об идентичности качества нельзя.

— В химии много всего интересного, — продолжил тему Константинов, — там можно до бесконечности исследовать вещество. Но в инструкции нет рекомендаций о марке и едином объеме.

Двум специалистам-химикам удалось увлечь своей любимой наукой даже суд.

— «Люминор-540Т» входит в состав маркирующих веществ? – спросил председательствующий Крекин.

— По всей видимости, входит. Но я не определял марку веществ, исследовал только их идентичность.

Сдвижков захотел узнать, какие компоненты, кроме специального химического вещества, входят в состав карандаша. Константинов сказал, что целенаправленно технологию производства карандашей он не изучал и что в их состав, вероятно, входит много разных веществ, в заключении экспертизы он указал лишь люминисцентное.

На вопрос прокурора, может ли повлиять длительность хранения образцов на результаты анализа, оба эксперта-химика подтвердили: может, со временем в веществе могут появиться микропримеси. На результат исследований влияют также качество пластинки, температура, влажность в помещении и даже устойчивость пола в лаборатории.

После обеденного перерыва участники судебного процесса перешли от теории к практике. По предложению адвокатов решили исследовать пузырек, в который была упакована ватка, и пробочку от него. Версия защиты такова, что именно с пузырька или с пробки краска попала на вату, которой делали смыв с ладони Сдвижкова. Хоть прокурор Барашкин и заявил, что не видит целесообразности в следственном эксперименте, в зале погасили свет, пробочку и пузырек направили луч УФ-лампы. Эксперт защиты через лупу внимательно рассматривал объекты исследования, а Сдвижков ему помогал, тыча пальцем в видимые ему следы вещества.

— Сдвижков, уберите пальцы, — несколько раз пришлось повторить председательствующему Крекину.

— При первоначальном осмотре зеленого свечения не было, была только голубая точка, потом оно появилось, — подвел итоги исследования эксперт Воронков.

-Уважаемый специалист, когда Сдвижков говорил вам, что видит свечение, вы трижды сказали, что никакого свечения нет, а сейчас утверждаете, что оно есть, — возразил ему Крекин.

Суд пришел к выводу, что ни на пузырьке, ни на пробке следов красящего вещества нет. Заседание продолжилось. Накануне обвиняемый выступил с рядом ходатайств, в которых просил экспертов следствия ответить на вопросы:

— имеются ли на крышке и пузырьке следы красящего вещества?

— каков химический состав и как называется использованное при следственном эксперименте вещество?

— имеют ли штрихи тест-маркера УФ-свечение?

После показаний эксперта Константинова он отозвал ходатайства, но сказал, что подготовит другие.

По его просьбе в зал суда принесли конверт с миллионом.

— Свидетели говорили, что купюры раскладывали на столе. Давайте проверим, уместятся ли они на поверхности письменного стола. Наша версия, что деньги были подложены ночью, — сказал он.

Раскладывать на столе деньги не стали, не разрешили их и сфотографировать. Защите это было нужно для проведения почерковедческой экспертизы. Буква «к» на разных купюрах написана по-разному – по версии адвокатов, это значит, что слово «взятка» писали разные люди.

Суду было не важно, сколько людей писали роковое слово. Найдя водяные знаки, они убедились, что купюры не фальшивые, и констатировали: «При освещении на десяти выборочно взятых из конверта купюрах появилось слово «взятка», по краям купюр тоже имеется ультрафиолетовое свечение зеленого цвета».

В конце заседания Евгений Сдвижков озвучил детализацию телефонных переговоров, полученную по запросу суда от операторов сотовой связи. Из этой информации следовало, что с 20 мая по 6 июня по мобильным телефонам, зарегистрированным за городской прокуратурой и ЗАО «ИНТЕРТЭМ», велись переговоры. В июне с «ИНТЕРТЭМом» общались трое будущих понятых, а 25 мая в 14.34 туда был звонок с номера главы города.

В 16.30 обвиняемый закончил читать перечень зафиксированных переговоров, у него пошла носом кровь, после чего объявили перерыв до следующего дня.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 596



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


6 × один =

Описание картинки