Юность под обстрелом

…Слушаю воспоминания Ивана Николаевича Коленова и думаю: «А смог бы я, семнадцатилетний, вынести все то, что довелось выдюжить ему и его ровесникам, чья юность пришлась на сороковые-роковые прошлого столетия?»

Перед самой войной Иван малолетним подростком вместе с семьей переселился из затопленной Мологи в Рыбинск. Здесь окончил фабрично-заводское училище и по распределению был направлен в Мариуполь. Только вот поработать по специальности Ивану так и не довелось. Утром 22 июня все репродукторы протрубили о начале Великой Отечественной. И на второй же день его вместе с другом срочно мобилизовали строить оборонительные сооружения на подступах к Севастополю.

Вскоре в этот причерноморский город пришла война. И 50-ый армейский строительный батальон, где служил Иван Коленов, поколесил по прифронтовой полосе: Полтава, озеро Сиваш, города и поселки Харьковской и Ростовской областей, Подмосковье, поля под Сталинградом…

-Работали и под бомбежками с воздуха, и под навесным артиллеристским обстрелом. — Иван Николаевич и по сей день, словно наяву, видит события почти семидесятилетней давности. – Был случай, когда на станицу Мигулинскую обрушился фашистский десант, и мы оказались в окружении. Вместе с немцами в станицу на мотоциклах ворвались украинские полицаи. Завязалась схватка, но перевес сил оказался на стороне врага. Нас скрутили и заперли в сарай.

Ночью полицай задремал. А мы стали в темноте обшаривать сарай. Нащупали бревно, приставили его к стене, забрались под крышу. Пока по очереди разгребали мороженую солому, руки в кровь ободрали, однако проделали дыру и убежали.

Иван Коленов на пару с Николаем Крюковым четверо суток добирались до станции Миллерово, где вовсю орудовали фашисты. Друзья под покровом темноты прокрались в груженный углем вагон, и вскоре эшелон отправился в сторону Воронежа.

— Из Воронежа мы целый месяц по апрельской распутице добирались до Рыбинска, — рассказывает Иван Николаевич. – Кормились тем, что подадут сердобольные местные жители, зачастую утолить голод удавалось только подножным кормом.

Больной, немытый, обовшивевший и чесоточный добрался Иван Коленов до родного дома. Постучал в свою квартиру. Мать отворила и… решила не пускать незнакомца.

— Мама, да это же я! – расплакался Иван.

Больше месяца пролежал Иван Николаевич в госпитале. А как только здоровье пошло на поправку, незамедлительно пришел в военкомат, встал на учет. И как только ему исполнилось восемнадцать, был мобилизован в строй и отправлен в Кострому на шестимесячные курсы подготовки.

Уже не рядовым, а младшим сержантом, командиром роты автоматчиков Коленов прибыл в двадцать шестую дважды Краснознаменную Златоустовскую орденоносную стрелковую дивизию Первой ударной армии на Северо-Западный фронт и в болотисто-лесистой местности под Старой Руссой принял свой первый настоящий бой.

— Бои под Ленинградом были особенно ожесточенные, — вспоминает Иван Николаевич. – Одна за другой на наши укрепления накатывались отборные гитлеровские части из дивизии «Мертвая голова». Но наши солдаты выстояли с честью!

{image1}

Затем часть перебросили под Псков. И там, сразу после форсирования реки, наш взвод буквально втиснули в землю вражеские пулеметные очереди. Чтобы взорвать немецкий дзот, командир трижды посылал бойцов, но ребята не вернулись с поля боя… Тогда он даже не приказал, а как бы по-отечески попросил Ивана Коленова: «Теперь, комсомол, очередь за вами. Постарайтесь, ребята, во что бы то ни стало взорвать дзот! Иначе все тут погибнем…»

Иван и еще двое солдат вооружились связками гранат. Поползли медленно, осторожно. Коленов первым добрался до входа в немецкий дзот, сильным ударом ноги выбил дверь и с криком «Хэнде хох!» ворвался во вражеское укрытие.

Явно не ожидая такой смелости, вражеские пулеметчики растерялись и на какое-то мгновение прекратили огонь. Первым опомнился немецкий офицер и схватился за пистолет. Коленов отреагировал незамедлительно – швырнул связку гранат. Раздался оглушительный взрыв, Ивана волной выбросило из траншеи и контузило. Очнулся он на волокуше, которую тащили ездовые собаки.

Через три дня, чтобы не отстать от своей роты, Коленов сбежал из санбата. Командир строго отчитал Ивана за то, что тот не вылечился, как следует. Хотел отправить обратно. Однако комсомолец настоял на своем:

— Я здоров и могу воевать!

Капитан в ответ крепко обнял и пообещал представить к награде. Это было в октябре 1943 года, а Орден Славы нашел своего героя только через шесть лет.

День за днем, версту за верстой прошагал Коленов по фронтовым дорогам. Не раз был ранен, похоронен заживо. Когда фашистская Германия была разгромлена, летом 1945 года Иван Николаевич в составе двадцать шестого запасного стрелкового полка поехал на Дальний Восток добивать остатки японских войск. 5 сентября 1945 года Япония капитулировала. А еще спустя месяц Коленов вернулся в родной Рыбинск, поступил на работу в речной порт, где и проработал более 40 лет.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

просмотров: 456



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Войти с помощью: 


восемь × 8 =

Описание картинки